Проект «Хочу жить» опубликовал уникальные цифры, которые показывают реальное лицо армии оккупантов.
В Координационном штабе сообщают, что каждую неделю в плен добровольно или в бою сдаются от 60 до 90 россиян, а в пиковые моменты, как это было во время Курской операции, число переваливало за 350 человек.
Самыми урожайными на пленных стали Покровское направление, Бахмут и Запорожская область. Интересно, что с лета 2023 года российские солдаты попадают в плен значительно чаще, чем наши защитники, что ломает все кремлевские мифы о преимуществе.
Если посмотреть на типичного российского пленного в 2025 году, картина получается удручающая. Это рядовой контрактник, часто набранный в тюрьме или через частные военные компании.
«Типичный российский военнопленный это: 83% – рядовой состав; 13% – сержанты; почти 3% – офицеры; возраст – от 18 до 65 лет; около 76% – контрактники (включая завербованных в тюрьмах и ЧВК); 19% – мобилизованные; почти 5% – срочники», — утверждают в Координационном штабе.
У многих за плечами богатый криминальный опыт: 40% сидели за кражи, наркотики и даже убийства. Образование тоже хромает — почти треть не доучились в школе, а высшее образование есть лишь у горстки людей.
В 2025 году в списках пленных резко прибавилось экзотики: теперь 7% всех задержанных — это иностранцы из 40 стран мира, которых Москва вербует пачками. При этом Кремль демонстрирует откровенный расизм и цинизм при обменах. Россия забирает преимущественно этнических русских, желательно здоровых и тех, кто пробыл в плену недолго. Больные ВИЧ, туберкулезом, а также срочники и иностранные наемники Москве не нужны — их годами оставляют в Украине, отказываясь от обмена «всех на всех».
Судьба тех, кому удалось вернуться в РФ, часто оказывается короткой и трагичной. Известно о сотнях бывших пленных, которых российское командование сразу после обмена снова бросило на фронт, где они погибли или пропали без вести.
Есть и уникальные случаи: несколько российских солдат умудрились попасть в украинский плен уже во второй раз. Это лишний раз доказывает, что для российского руководства их солдаты — лишь расходный материал, ценность которого исчезает сразу после выхода из строя.
