В результате нанесенного накануне удара ВСУ по полигону в Донецкой области погибли по меньшей мере 60 российских военных. Это произошло при построении бойцов для встречи командующего 29-й армии генерал-майора Олега Моисеева, сообщили СМИ 21 февраля.
Предположительно удар был нанесен ракетами с установки HIMARS.
Ранее журналисты Русской служба Би-би-си, «Медиазоны» вместе с командой волонтеров установили имена свыше 45 тысяч российских военных, погибших на войне. Минобороны РФ с 2022 года о потерях в своих войсках не сообщает.
По данным американской разведки, число убитых и раненых в Украине военнослужащих России не менее 315 тысяч. Тем не менее ситуация на фронте в канун второй годовщины полномасштабного вторжения России в Украину остается крайне сложной.
Российские войска после взятия Авдеевки продолжают наступление сразу на нескольких направлениях. Положение Украины усугубляется острой нехваткой артиллерийских снарядов и преимуществом армии противника в технике и вооружениях, чему немало способствовало снижение западной военной помощи.
Обстановку на фронте в интервью Русской службе «Голоса Америки» оценил бывший заместитель начальника Генерального штаба ВСУ Игорь Романенко.
– Как вы оцениваете сложившуюся на сегодня картину боевых действий?
– Положение дел на фронте сложное, поскольку Российская Федерация собрала достаточно мощную группировку вооруженных сил на востоке и юге Украины. Причем, им это удалось сделать еще к концу прошлого года, когда были остановлены наступательные действия ВСУ на отдельных направлениях. А сейчас осуществляется стратегическая наступательная операция со стороны группировки российской армии.
Надо четко понимать, что, к сожалению, эта группировка обладает преимуществом по основным показателям, а именно: ракетному и авиационному вооружению, боеприпасам и живой силе. Благодаря этому создается преимущество на отдельных участках фронта – таких, как Купянск, Бахмут, Авдеевка, Марьинка, Михайловка, Угледар, Работино, Вербовое, а также же на херсонском направлении, где ведутся бои за плацдарм, который захватили морские пехотинцы ВСУ на левом берегу Днепра. И поскольку это преимущество сохраняется, то противник медленно, но все-таки наступает – как минимум, на тактическом уровне.
– Как на общую ситуацию повлияло снижение западной военной помощи Украине?
-Увы, до сих пор не решены многие вопросы – в первую очередь, по поставкам вооружения, боевой техники и боеприпасов. К сожалению, предприятия нашего ВПК, по разным оценкам, включая зарубежные, могут удовлетворять до 10 % потребности вооруженных сил. А разные политические обстоятельства приводят к тому, что поставки приостанавливаются или уменьшаются.
Конечно, это однозначно негативно отражается на состоянии дел на фронте. Это внешние факторы. А внутренние заключаются в том, что своевременно была не проведена мобилизация в Украине, да и сейчас этот процесс идет непросто. Таким образом, не обеспечивается укомплектование частей и подразделений, которые ведут бои на фронте, не говоря уже о формировании каких-либо резервов. Президент Украины в конце прошлого года ставил задачи по проведению деоккупации. Но для этого нужно иметь свежие силы.
– Как вы восприняли заявление главы европейского внешнеполитического ведомства Жозепа Борреля о том, что без западной помощи Украина продержится три месяца?
– Во-первых, думаю, что такого не случится. Судя по реакции стран Европы, западная помощь продолжит поступать Украине. Думаю, Боррель чисто умозрительно допустил вероятность подобного хода событий. Надеюсь, что и США сумеют преодолеть [политический] кризис, возобновят финансирование Украины и окажут военную поддержку в запланированном объеме.
Кроме того, подобный скептицизм для нас не внове. В начале войны давали и такие прогнозы, что Украина продержится три дня, максимум месяц… Поэтому я бы воздержался от столь категоричных оценок. Надо еще учитывать опыт ведения войны, организации боевых действий и многое другое. Наверное, цель заявления Борреля состояла все же в том, чтобы показать всю сложность ситуации и поддержать усилия, связанные с оказанием помощи Украине. Это дает основания для некоторого оптимизма.
– Боррель еще сказал, что производственные мощности Европы выросли на 40% и продолжают наращиваться. Это тоже внушает определенный оптимизм?
– Да, но вопрос не только в производственных мощностях. Есть деньги, выделенные год назад на боеприпасы. А освоить смогли чуть больше половины средств. К сожалению, правительства ряда стран не использовали их за пределами Европейского союза. Здесь, увы, проявляется меркантильный интерес. Ведь имеются возможности закупить боеприпасы в Турции, Южной Африке, Южной Корее и так далее.
Кроме того, США располагают в достаточном количестве различными боеприпасами, в том числе кассетными. Поскольку их использование американской армией исключается в соответствии с нормативными документами, эти заряды можно было бы передать за символическую плату Украине. Однако этого не происходит.
То же самое с широко разрекламированной программой Ленд-лиза. Соглашение подписано, но не реализовано и не продлено. Проблем хватает и по поставкам самолетов и ракет дальнего действия. То бумаги нет, то чернила закончились…
Вставляет палки в колеса и (Виктор) Орбан (премьер-министр Венгрии). Все это сильно раздражает украинцев. У многих складывается впечатление, что американцы так и не изменят кардинально свое отношение к уровню помощи Украине, пока не возникнут какие-нибудь экстраординарные события.
– А что вы думаете о заявлении президента Чехии Петра Павела относительно возможности экстренно приобрести снаряды для Украины при наличии средств на это?
– Это говорит об озабоченности восточно-европейских стран [российской агрессией]. Они более решительны и последовательны в вопросах помощи Украине. Тем более, Павел – генерал [запаса] и вполне компетентен в этих вопросах. Хотя там всe не просто. Снаряды должны соответствовать стандартам НАТО.
Нам, например, и американцы хотели помочь в этом. Но после тестирования на полигонах снарядов определенных калибров оказалось, что они не совсем подходят. Однако, думаю, что, если бы нам их все же поставили, мы нашли бы, из чего ими можно стрелять и как лучше применить.
А в завершение напомню, что Эстония с ее относительно небольшим валовым продуктом помогает Украине лучше, чем многие крупные страны. Поэтому у нас чем дальше, тем больше возникает вопросов, которые пока остаются без ответа.
-
Виктор Владимиров
