Исследовательский проект «Хроники», основанный московским политиком Алексеем Миняйло, следит за динамикой отношения россиян к войне с самого начала полномасштабного вторжения России в Украину. Что важно — именно россиян внутри страны, а не за рубежом. Общие представления о том, сколько на самом деле россиян поддерживает войну — или, на языке российской власти, «специальную военную операцию» — все эти три года постоянно колебались, уходя то в одну крайность («большинство, как ни крути, за Путина»), то в другую («на самом деле большинство против войны, просто молчит» — эта точка зрения близка российским оппозиционерам).
Социологи же раз за разом доказывают: и то, и другое утверждение некорректны, и картина на самом деле намного сложнее. Прежде всего — из-за того, что само проведение опросов в несвободной стране, под страхом репрессий, вызывает большие сомнения.
Политолог, исследователь «Хроник» Всеволод Бедерсон объясняет: «В условиях опросов в тоталитарной стране прямолинейно интерпретировать результаты не совсем корректно. Поэтому мы смотрим на разные комбинации, на сочетания, пытаясь найти, что хотят нам сказать респонденты. Или даже так: что они на самом деле думают, возможно, даже сами того не предполагая».
Социологи «Хроник» использовали в февральском исследовании комбинацию из трех вопросов для оценки количества последовательных сторонников войны и мира:
- Отношение к «специальной военной операции»
- Отношение к выводу войск с территории Украины без достижения целей «СВО»
- Отношение к приоритетам госбюджета: на армию или на социальную сферу
Если респондент (опрос проводился по телефону) говорил, что поддерживает «СВО», выступает против вывода войск и считает, что тратить надо в первую очередь на армию, — он попадал в число последовательных сторонников войны. Если же на все три вопросы ответы были противоположными — его причисляли к последовательным сторонникам мира. Первых, то есть сторонников войны, согласно подсчетам социологов, оказалось 18%, вторых (сторонников мира) — 21%. Интересно, что за год эти цифры практически не изменились. При этом количество готовых поддержать вывод войск без достижения целей «СВО» упало до 40% (в сентябре 2024 года их было 50%). «Вероятно, это связано с информационным фоном и постоянными новостями об успехах российских войск вкупе с отсутствием информации о потерях РФ. Постоянные новости о продвижениях создают впечатление близкой победы, что снижает готовность поступиться приобретениями», — отмечают исследователи «Хроник».
Второй важный аспект, который изучили социологи, — это влияние войны на повседневную жизнь россиян. Российская пропаганда утверждает, что России не страшны санкции, она прекрасно справляется со всем сама, с успехом импортозамещает ушедшие бренды, а благосостояние граждан если и не растет, то остается стабильным. Опрос «Хроник» опровергает этот нарратив. На вопрос «Повлияла ли спецоперация на вашу повседневную жизнь? Если да, то скорее положительно или скорее отрицательно?» 54% респондентов ответили: «Скорее отрицательно». Лишь у 9%, согласно опросу, жизнь улучшилась. Причем, как отмечают социологи, отрицательное влияние войны на повседневную жизнь не ограничивается только материальными факторами: 40% говорят о том, что стали работать больше.
Наконец, третьим важным аспектом, заинтересовавшим исследователей, стали прогнозы окончания войны и надежды на международные усилия, а именно — на усилия американского президента Дональда Трампа. Почти половина опрошенных (47%) сказали, что, по их мнению, война завершится не раньше, чем через год. Интересно, что два года назад так считали 54%, однако война идет до сих пор. 30% респондентов полагают, что война может закончиться в течение нескольких месяцев. Как правило, отмечают исследователи, так считают люди верят в максимальное влияние Трампа или Си Цзиньпина на окончание войны. А вот те, кто считает, что все зависит от Путина, оценивают сроки окончания войны так же, как в среднем по выборке, и сроков не называют.
Всеволод Бедерсон рассказывает: «Мы давали респондентам список мировых лидеров и просили их оценить, насколько, на их взгляд, от именно от конкретного лидера зависит окончание войны. Большинство говорило о том, что все зависит от Путина. На втором месте — Дональд Трамп. На третьем — Си Цзиньпин. Есть и еще один интересный нюанс. В ходе опроса мы выяснили, что образуется прочная связка «Зеленский-Макрон». Респонденты, склонные высоко оценивать роль Макрона в мирном урегулировании, так же высоко оценивают и роль Зеленского, и наоборот».
Любопытно, что опрошенные экспертами «Хроник» респонденты не связывали между собой усилия Путина и Трампа — они оценивали их роли по-разному. При этом в связке и с тем, и с другим часто выступал другой лидер — Си Цзиньпин. Те, кто высоко оценивает усилия Трампа в мирном урегулировании, высоко оценивают и Си. Те, кто больше верит в Путина, на таком же уровне доверяет в миротворческих усилиях и лидеру КНР.
Эксперты отмечают, что на оценку продолжительности войны влияет экономическое положение респондента. Чем выше доход семьи, тем меньше уверенности в том, когда именно военные действия прекратятся.
-
Ксения Туркова
Журналист, теле- и радиоведущая, филолог. Начинала как корреспондент и ведущая на НТВ под руководством Евгения Киселева, работала на каналах ТВ6, ТВС, РЕН ТВ, радиостанциях "Эхо Москвы", "Сити FM", "Коммерсантъ FM". С 2013 по 2017 годы жила и работала в Киеве, участвовала в создании информационной радиостанции "Радио Вести", руководила русскоязычным вещанием украинского канала Hromadske TV, была ведущей и исполнительным продюсером. С 2017 работает на "Голосе Америки" в Вашингтоне.
