Почему многие жители постсоветских стран испытывают недоверие к вакцинации? Насколько обоснованы их аргументы и как можно убедить в необходимости прививки от коронавируса? Имеет ли смысл вводить всеобщий локдаун? Нужно ли прививать детей?
Издание Deutsche Welle опубликовало интервью c украинским врачом-педиатром и телеведущим Евгением Комаровским, информирует UAINFO.org.
DW: Недавно вы говорили, что из-за коронавируса для многих эта осень может стать последней. Насколько критическая сейчас ситуация в Украине?
Евгений Комаровский: Если не справляется система здравоохранения, значит, ситуация критическая. Если нет мест в стационаре и реанимации, и врачи вынуждены делать выбор, кого брать, а кого не брать, ситуация однозначно критическая.
— Когда ждать пика этой волны коронавируса?
— Думаю, в ближайшее время будет реальное обострение, потому что похолодает. Чем меньше люди будут на свежем воздухе, чем больше они толкутся в помещениях, тем хуже будет. Поэтому сейчас, скорее всего, будет резкий подъем, который продлится около 2-3 недель. Потом будет плато, потом должно стать легче.
— Чем нынешняя волна пандемии отличается от ситуации в прошлом году?
— Если раньше надо выбирать одного из двух пациентов, то теперь — одного из пятерых. Врачи уже чуть ли не вслух говорят, мол, давайте людей старше 60 в реанимацию не брать, потому что там полно тех, кому 30-40 лет. То есть уже даже не уровень сатурации имеет значение, а возраст. У кого больше шансов выжить, того и спасать будут.
— Каковы причины столь высокого всплеска и пугающего числа заражений?
— Прежде всего вариант коронавируса «дельта» — это чрезвычайно заразный штамм. Он четко подтвердил все предположения эпидемиологов о том, что вирус распространяется главным образом по воздуху. Поэтому как только люди начинают активно общаться в помещении, где нет приточно-вытяжной контролируемой вентиляции, заболеваемость резко возрастает, так как растет концентрация вируса во вдыхаемом воздухе. А чтобы произошло заражение «дельтой», требуется гораздо меньшая доза вируса. Условно говоря, если для того, чтобы заразиться уханьским первичным вирусом, нужно было вдохнуть 1000 вирусов, то для «дельты» достаточно ста. Это один из факторов.
Другой фактор — это, конечно, мы сами… Все эти социальные дистанции, защитные маски — это чистая показуха, так, чтобы отстали. У человека маска одна и та же лежит в кармане 2-3 месяца, он ее не надевает или носит так, что нос торчит над маской… Мы на протяжении долгого времени находимся в состоянии постоянной конфронтации с государством, поэтому все, что от нас требует государство, вызывает у нас противодействие, и наш первый импульс — сделать наоборот.
— Один из аргументов тех, кто не хочет делать прививку, — неуверенность в безопасности вакцины или ее действенности.
— В мире на сегодняшний день введено почти 8 млрд доз противокоронавирусной вакцины. Вдумайтесь, 8 млрд доз! И мы же вакцинируем не где-нибудь в лесу — каждая введенная доза оставляет электронный след. Есть данные о том, кому ее вводили, когда, сколько человеку лет… Это же огромный массив информации, позволяющий анализировать эффективность вакцины, безопасность, побочные эффекты. Ни одна вакцина во всем мире не была протестирована так интенсивно, как коронавирусная! Бог с ними, с этими тестами! У нас есть конкретные данные: в отделениях реанимации в Киеве, Харькове, Одессе, Львове, Минске, где угодно — 99% людей не вакцинированы. А те, которые, якобы, вакцинированы — в 50% случаев с фальсифицированными документами.
— Но люди боятся долгосрочных последствий…
— А смерти вы не боитесь? Нужно же мыслить рационально! Я не хочу пристегиваться ремнем безопасности, я боюсь долгосрочных последствий — вот здесь мне натрет и будет кожа зудеть!
— Вакцинироваться массово не хотят не только в Украине — о провале кампаний по вакцинации можно говорить и в России, и в Беларуси.Чем можно объяснить это негативное отношение к прививкам в постсоветских государствах?
— Отсутствием системной политики в области пропаганды вакцинации. На самом деле ребенок с детства должен знать, что вакцинация — это хорошо. Это базовые вещи, и надо этим системно заниматься на уровне государства. Учителя-антиваксеры, врачи, политики — я вообще не понимаю, как такое может быть в 21-м веке. С другой стороны, нужно четко понимать, что вакцинация — это не священная корова. Надо не объявлять войну вакцинации как таковой, а бороться за ответственную, качественную вакцинацию: хорошими препаратами, подготовленными людьми, которые понимают все необходимые алгоритмы — когда и какая вакцина нужна, как действовать после вакцинации, как реагирует организм в той или иной ситуации… Все это надо знать.
— Но люди в постсоветских странах не доверяют даже тем вакцинам, которыми прививают на Западе.
— Самый простой способ вернуть доверие — заставить людей считать свои деньги. Я переведу на понятный язык. Вы непривиты? В случае заболевания вы будете оплачивать лечение из своего кармана. У вас есть страховая компания, которая говорит: страховой полис стоит 100 евро в месяц, если вы привиты. А если нет, тогда он стоит 300 евро в месяц.
— Минздрав Украины разрешил вакцинацию детей от ковида препаратом BioNTech/Pfizer. Как вы считаете, стоит ли прививать детей?
— Да, однозначно. В первую очередь потому, что дети «убивают» взрослых. Дети могут болеть в легкой форме. А при легкой форме заболевания могут быть проблемы с уровнем образования антител. И именно такие люди, с малым уровнем антител, являются объектами, где происходит мутация вируса.
Читайте также: Одышка после коронавируса: доктор Комаровский рассказал, норма ли это и что делать
— Некоторые считают, что дальнейшее быстрое распространение инфекции можно остановить с помощью всеобщего жесткого локдауна. Есть ли в нем смысл?
— В чем смысл локдауна? Нам объясняли, что при вспышке инфекции, от которой у большинства людей нет иммунной защиты, может одновременно заболеть огромное количество людей. И это приведет к коллапсу системы здравоохранения. Так нам говорили. И мы соглашались: да, так и есть. Поэтому, говорили нам, и вводится локдаун: люди все равно будут болеть, но это будет растянуто во времени, и в день заболеет не 100 тысяч человек, а 50, и тогда медицинские учреждения справятся. Отсутствие мест в стационаре означает коллапс системы здравоохранения. Это не просто показатель для локдауна — это просто пылающий кровью показатель для локдауна! Это говорит о том, что с его введением уже опоздали!
— А как вы относитесь к возможности сделать вакцинацию обязательной?
— Я думаю, это неправильно. Хотя бы потому, что должны быть базовые представления о правах человека. Но мы должны сделать так, чтобы не вакцинироваться было стыдно, дорого и опасно. Сертификат о вакцинации — это пропуск, билет в нормальную жизнь. Не купил билет — плати намного больше.
— Как лечиться от ковида, если болезнь протекает в легкой или средней форме?
— Пока пульсоксиметр показывает больше 93, у вас легкая форма или начало болезни — стандартные действия: инимум еды, максимум питья, чистый прохладный воздух. Категорически никакого постельного режима! Если высокая температура — принимайте парацетамол и ибупрофен. Заложен нос — промойте его солевым раствором. И все. Но как только сатурация ниже 93, то нужен врач, который будет решать, что дальше: кислород, гормоны — это уже другой вопрос.
Читайте также: Комаровский: Не нужно определять уровень антител после COVID-19, просто через полгода обязательно привейтесь. А можно и через три месяца
Самая большая ошибка, которую можно сделать, это в начале болезни, когда пульсоксиметр показывает норму, принять дексаметазон или антибиотики. Это то, что убивает вас максимально. Это уменьшает до минимума ваши шансы выжить. Амбулаторная помощь при коронавирусе ничем не отличается от лечения гриппа или насморка. Беспокоиться надо начинать только тогда, когда отреагировал пульсоксиметр. Или если у вас есть куча других сопутствующих болезней.
— Ваши советы по профилактике коронавируса?
— Всего два слова — вакцинация и вентиляция. Вакцинация людей и вентиляция помещений, максимальный воздухообмен везде.
— Когда, на ваш взгляд, можно ожидать спада этой волны эпидемии?
— Будет легче в конце января. А в целом ситуация станет более или менее стабильной в конце 2022 года. Для тех, кто доживет.
Підписуйся на сторінки UAINFO у Facebook, Twitter і YouTube
