Конечно, после того, как Государственная дума уже во втором чтении приняла новый закон о Конституционном суде, запрещающий судьям публиковать свое особое мнение по рассматриваемым делам, можно с уверенностью сказать о гибели российского конституционного правосудия
Об этом для "Граней" пишет Виталий Портников, сообщает UAINFO.org.
Но эта гибель началась даже не вчера. Дата отсчета – 1993 год, судороги российской демократии. Кто-то скажет, что суд погиб еще тогда, когда президент Борис Ельцин приостановил его деятельность, чтобы судьи не мешали в конфликте со съездом народных депутатов России и с принятием новой конституции. И суд вернулся на политическую арену страны, уже когда эта конституция была одобрена при до сих пор не проясненных обстоятельствах голосования. То есть авторитаризм зарождался уже тогда – может быть, не очень заметно, может быть, под лозунгами защиты демократии, но зато уверенно, по-ельцински.
А кто-то скажет, что суд погиб еще до ельцинского решения, когда его тогдашний и нынешний председатель Валерий Зорькин однозначно встал на сторону одной из конфликтующих групп во власти, когда из посредника превратился в союзника и старался использовать Конституционный суд в качестве орудия вожаков депутатского съезда. Но в любом случае после 1993 года Конституционный суд России оказался прочно встроен во властную вертикаль. И если он проявлял независимость, то только тогда, когда эта вертикаль ослабевала. А уж в путинские годы даже такие поползновения исчезли. И возвращения Зорькина в кресло председателя суда, пусть даже поначалу и не воспринятое с радостью в Кремле, стало символом этой сервильности.
Читайте также: От "киндера" к "Новичку": отличная иллюстрация к политической биографии России
Этот председатель, этот суд действительно войдут в российскую историю как явные нарушители самой сути обязанности контрольного органа. Когда судьи согласились с аннексией Крыма – хотя аннексия нарушала и саму конституцию страны, и ее международные обязательства, и все законы, которые только можно было нарушить, – они тем самым продемонстрировали, что никакого Конституционного суда в России нет, а есть лишь откормленные преступники в мантиях.
Поразительно, что Путина не устраивал даже такой суд – это же нужно так бояться даже тени чужой независимости! И теперь у судей вообще не будет никаких прав. Они и собственного председателя теперь избрать не могут – это за них будет делать Путин. Причем по новому закону президент сможет назначить этим председателем или его заместителем любого российского чиновника. Для того чтобы стать председателем Конституционного суда, теперь не нужно даже быть судьей этого суда!
Но это вопрос о правах. А ведь помимо вопроса о правах есть еще и вопрос о чести.
И вот тут мы переходим к особому мнению, которое никогда не мешало российской власти проводить через Конституционный суд свои самые отвратительные, самые антиконституционные решения. Но высказывание судьями Конституционного суда особого мнения показывало россиянам, что в стране еще остались честные юристы. Пусть они и не в большинстве, пусть их особое мнение ни на что не влияет. Но есть надежда, что после неизбежного краха мафиозного режима ее останутся какие-то незапятнанные профессионалы, способные возродить институции и служить праву, а не бандитам.
Читайте также: Наследники октября: как Кремль дважды победил своих соперников
И вот этого ощущения новое законодательство о Конституционном суде призвано людей лишить. Потому что теперь можно будет только догадываться, что кто-то из судей мог быть с чем-то не согласен. А мы ведь накануне эпохи окончательной деградации путинского режима, когда стареющий диктатор будет цепляться за власть из своего эпидемиологического бункера, будет совершать одну ошибку за другой, одну глупость за другой и вся эта старческая немощь будет требовать одобрения и восхваления. И положительного вердикта Конституционного суда, как же без него. И в эту эпоху деградации не будет никакой надежды на то, что порядочные люди во власти еще остались.
Неудивительно, что депутаты Госдумы, все эти клишасы, ничего и не слыхавшие о чести, с таким энтузиазмом участвуют в расправе над судьями. Потому что если все согласны быть статистами в этом спектакле авторитарного уродства, то нельзя допустить, чтобы хоть кто-то иногда выглядел порядочным человеком. Путину и его подручным нужно убедить россиян, что никакой порядочности вообще не бывает. Уничтожить даже крохи доверия если не к институциям, то к их отдельным представителям.
Ничего хорошего в этом нет. Это означает, что когда режим будет рушиться, он будет рушиться вместе с государством. У граждан, которым надоест Путин, авторитетом не будет пользоваться ни одна из властных структур – примерно так, как это происходит сегодня в лукашенковской Беларуси. И все будет решено силой и кровью. Возможно, именно к этому Путин и стремится.
Підписуйся на сторінки UAINFO у Facebook, Twitter і YouTube
