"Смерть стала компьютерной игрой" — эту пугающую трансформацию реальности озвучил военнослужащий Геннадий Друзенко в эфире у Юрия Романенко. Дистанционное ведение боя лишает операторов БПЛА физического ощущения отдачи, превращая ликвидацию врага в экранную рутину, которая неизбежно меняет сознание.
Друзенко отмечает, что после длительного "геймплея" у бойцов деформируется психика. Анализируя личный опыт и общение с побратимами, он подчеркивает: "Я общался с кучей ребят, которые были в очень разных ипостасях". Для многих война свелась к наблюдению за перемещением пикселей и горящими объектами на мониторе. Это дистанцирование создает иллюзию безопасности и вседозволенности: оператор видит лишь фигурку, которая бегает, а затем исчезает или воспламеняется.
По словам Друзенко, для некоторых это становится формой эмоционального "залипания", лишенного моральной нагрузки, хотя сам он подчеркивает, что не получает удовольствия от процесса, воспринимая его как вынужденную "чистую аннигиляцию" ресурсов противника.
Военный предостерегает: если нынешняя ветеранская политика останется лишь "эффективной в кавычках", после возвращения операторов дронов к мирной жизни украинское общество столкнется с серьезными вызовами, так как геймификация смерти накладывает тяжелый отпечаток на психическое здоровье ветеранов.
