В понедельник, 3 февраля в Организации Объединенных Наций вновь обратили внимание на грубое нарушение российскими войсками международных гуманитарных договоров в связи с участившимися в последние месяцы фактами убийства пленных украинских солдат. По данным Мониторинговой миссии ООН в Украине, с конца августа прошлого года было зафиксировано 79 таких казней в 24 отдельных инцидента, совершенных российскими солдатами.
С тех пор как Россия начала полномасштабное вторжение в 2022 году, Украина задокументировала широкомасштабные нарушения Женевских конвенций российскими войсками. Только в 2024 году Россия казнила более 100 военнопленных, что является военным преступлением. По всей видимости, это далеко не полная статистика. В Минобороны России соответствующий запрос агентства Рейтер оставили без ответа.
Рост числа казней украинских военных, в силу разных обстоятельств оказавшихся в российском плену, может быть обусловлен целым комплексом проблем, считают опрошенные Русской службой «Голоса Америки» эксперты.
Среди главных факторов они отмечают фактическое потворство преступлениям со стороны политического руководства и высшего командного состава вооруженных сил, прямые приказы начальственных чинов подчиненным, рекрутирование на войну отпетых уголовников, а также пренебрежение международным правом и российским законодательством.
Проведенный независимыми экспертами анализ российских СМИ также свидетельствует о том, что Кремль продолжает активную кампанию пропаганды, насаждающую в обществе атмосферу ненависти к Украине и украинцам и приучающую к жестокости в отношении противника.
Как заявил министр иностранных дел Украины Андрей Сибига, сегодня требуются новые действенные инструменты для привлечения к ответственности виновных в военных преступлениях.
Ранее Офис генерального прокурора Украины сообщал, что ведомство расследует 49 уголовных дел по фактам убийства 124 пленных на поле брани. Больше всего казней, по данным прокуратуры, зафиксировано в Донецкой области – 62 военнопленных.
Убийства военнопленных или сдающихся в плен подпадают под Женевскую конвенцию о защите жертв войны. Все акты насилия и нарушение физической неприкосновенностью военнопленных априори считаются военными преступлениями.
Очевидно, что Россия в принципе игнорирует международное право, и в частности, Женевские конвенции, заметил в комментарии для Русской службы «Голоса Америки» юрист и блогер Марк Фейгин. По его словам, на этот счет есть масса подтверждающих фактов.
«Тут и гибель украинских военнопленных в концлагере в Еленовке (оккупированная Россией часть Донецкой области), и отказ от сотрудничества с международными организациями, которые следят за соблюдением Женевских конвенций, – тем же “Красным крестом”, и многое другое, – перечисляет он. – Такая у путинского режима установка. Да и в целом расстрелы военнопленных на фоне большой агрессивной войны не кажутся чем-то нелогичным, выпадающим звеном из общей цепи. Тоталитарные режимы всегда плевать хотели на общепризнанные нормы поведения, не говоря уж о морали».
Кроме того, посмотрите внимательнее на состав армии РФ, на то, что она собой представляет, призывает Марк Фейгин: «Это же сборище убийц, маньяков, алкоголиков, наркоманов и прочих асоциальных элементов – отбросы общества. Россия – единственная страна в мире, которая пошла на практику привлечения в вооруженные силы на контрактной основе людей с криминальным прошлым и настоящим. Ведь в армию с охотой берут не только “отморозков” из колоний, но и лиц, совершивших тяжкие преступления и находящихся под следствием. Им откровенно предлагают выбор: или тюрьма или контракт с Минобороны с последующей отправкой на фронт…»
По подсчетам «Важных историй», только с февраля по сентябрь 2023 года в отряды «Шторм Z» Минобороны РФ из мест лишения свободы рекрутировано более 30 тысяч зеков. Служба в таких отрядах стала фактически бессрочной.
Это среда, в которой расстрел военнопленного – своего рода «разборка по понятиям», полагает юрист: «То, за что их судили в гражданской жизни, на войне поощряют, приказывая убивать людей, в том числе беззащитных, сдавших оружие украинских военных. Да еще награждают за это, выплачивают вполне весомые деньги. Плюс ты можешь скостить себе срок и выйти на волю (если повезет) с погашенной судимостью».
Вдобавок у таких людей устойчивое криминальное сознание, продолжил Марк Фейгин: «Жестокость, которая царит на войне, для них естественна. Мало того, они сами сильно влияют на общую внутриармейской атмосферу. Это доказано исследованиями. Попадая в армейский коллектив, уголовники утверждаются в качестве авторитетов и мотивируют других вести себя, как они. А им в общем, все равно кого убивать – своих или чужих. Это банально доказывает официальная хроника преступлений. Какие ужасы творят вернувшиеся с войны домой «герои» – это “криминальное чтиво”».
По данным СМИ, за время с начала широкомасштабной агрессии, развернутой Кремлем против Украины, от рук прошедших «школу СВО» погибло более полутысячи человек.
Еще один фактор, подталкивающий к росту число внесудебных казней на войне, имеет политический аспект, указал юрист: «Это запугивание. Российская власть давно идет путем устрашения своего общества. Также она себя ведет и по отношению к другим. Чем больше жестокости, тем лучше – как по отношению к гражданским, так и военным. Это продиктовано целесообразностью, как ее понимают в Креме. Так что армейские чины всех рангов не боятся ответственности. Они уверены в своей безнаказанности», – резюмировал он.
Рост количества убийств военнопленных вызван общей политикой, санкционированной высшим военным руководством российских войск, включая Верховного главнокомандующего, считает политический эксперт и правовед Юрий Шулипа. По его оценке, эти действия проводятся под официальной кремлевской легендой "денацификации" Украины.
«Они сводятся к тому, чтобы, попросту говоря, уничтожать как можно больше не только военных, но и гражданское население сопротивляющейся страны, – добавил он в комментарии «Голосу Америки». – Зафиксированное ООН увеличение количества казней украинских военнослужащих обусловлено также тотальной безнаказанностью как лидеров режима, так и непосредственных исполнителей преступлений из числа рядовых и командиров младшего звена. Последние в силу преступной политики принуждаются и покрываются первыми».
Несложно спрогнозировать, что в сложившихся условиях рост численности случаев убийств сдавшихся в плен украинских военнослужащих будет неминуемо расти, констатировал Юрий Шулипа. «Сейчас мы вошли в период иллюзорности международного права, в котором писанные законы во многом перестали исполняться, в первую очередь в силу неэффективности ООН и её Совета Безопасности, которые должны нести особую ответственность за поддержание миропорядка», – заключил он.
По мнению журналиста Олега Еланчика, рост преступлений по отношению к украинским военнопленным, в свою очередь, рассуждает журналист-правозащитник, может быть как тенденцией, так и частным проявлением жестокости.
«Но вообще свойство войны таково, что чем дольше она идет и чем дольше люди находятся в аномальных условиях, тем сильнее у них “сносит крышу”, травмируется психика и отказывают тормоза, – уточнил собеседник «Голоса Америки». – При этом в российской армии традиционно отсутствует эффективная система контроля и ответственности людей за военные преступления, как и у любого другого силового ведомства, а жестокость проявляется не только по отношению к пленным, но и к условным дезертирам или тем, кто возражает начальству».
К этому, вероятно, склонна любая ведущая войну армия, когда в условиях боевых действий нет никаких внешних средств контроля и огласки, предположил Олег Еланчик: «И здесь все зависит от государства и общей управленческой модели. Украинское государство декларирует следование международному праву и сотрудничество с прессой и международными наблюдателями, российское же от этого полностью отказалось и на официальном уровне поощряет жестокость».
Конечно, набор в армию отпетых уголовников дополнительно её разлагает, согласен журналист.
-
Виктор Владимиров
