Freedom House, правозащитный центр ZMINA, Региональный центр по правам человека и правозащитный центр «Вясна» подготовили доклад «Украденное детство». Здесь собраны свидетельства того, как белорусские власти стирают идентичность украинских детей посредством перемещения, перевоспитания и милитаризации их сознания.
Аналогичные процессы происходят на территории Российской Федерации и во временно оккупированных районах Украины, включая Крым.
Конфиденциальные данные об украинских детях, перемещенных в Беларусь, правозащитникам предоставило объединение бывших силовиков Беларуси (BELPOL).
Среди основных выводов, сделанных авторами исследования, следующие: «Александр Лукашенко лично заложил фундамент для переселения украинских детей на территорию Беларуси», а также то, что «белорусский режим активно реализует российскую государственную политику по уничтожению украинской идентичности посредством систематической идеологической обработки и перевоспитания детей».
«Факты подтверждают вывод о том, что белорусский режим скопировал системный подход российского правительства к перемещению украинских детей с целью стереть их национальную идентичность. В ходе анализа дел детей, лишенных родительской помощи, исследователи выявили как минимум три группы, чье перемещение в Беларусь квалифицируется как депортация», — сообщают авторы «Украденного детства».
Эксперты зафиксировали: «Есть пять категорий людей, которые стали соучастниками перемещения, перевоспитания и милитаризация украинских детей: белорусские чиновники, российские чиновники, чиновники “союзного государства”, оккупационные власти в Украине и белорусские представители GONGO (созданных государством неправительственных организаций – А.П.)».
В этой связи авторы доклада обращаются с просьбой к иностранным правительствам, властям Украины, Международной коалиции по возвращению украинских детей, международным донорам и гражданской общественности призвать Международный уголовный суд начать расследование перемещения, идеологической обработки и милитаризации украинских детей белорусскими властями. А также выдать ордера на арест Александра Лукашенко, государственного секретаря “союзного государства России и Беларуси” Дмитрия Мезенцева, премьер-министра России и председателя “Совета министров “союзного государства” Михаила Мишустина и белорусского спортсмена-паралимпийца и главы Фонда Алексея Талая, который сыграл центральную роль в проекте по переселению украинских детей в Беларусь.
Кроме того, авторы доклада призвали к совместной работе над созданием единого международного механизма для содействия возвращения украинских детей с территории Беларуси.
«Это говорит о том, что никто не собирается в ближайшее время останавливать военные действия»
Директор программ "Freedom House Украина" Юрий Юркевич обращает внимание на то, что авторы доклада «Украденное детство» не используют слово «депортация», описывая действия России и Беларуси по отношению к украинским детям. По мнению Юркевича, гораздо важнее говорить о милитаризации их сознания через специальные образовательные программы и об индоктринации детей, перемещенных из оккупированных украинских территорий в Россию и Беларусь.
«Мы говорим о том, что совершается преступление против человечности – дискриминационное преследование детей, целью чего является "перековать" украинских детей в лояльных российских граждан, стереть их национальную идентичность, заменить ее чем-то противоположным и сделать из них врагов своей нации», – подчеркнул он в беседе с корреспондентом Русской службы «Голоса Америки».
По словам директора программ "Freedom House Украина", такая переквалификация обвинения очень важна не только с правовой, но и с моральной точки зрения. Поскольку важно как можно точнее описать, что же происходит с украинскими детьми, насильно вывезенными на территорию страны-агрессора и ее ближайшего сателлита, как и с теми, кто остается на временно оккупированных территориях. В целом, по свидетельству Юрия Юркевича, речь может идти о полутора миллионах украинских детей. «Кроме того, чтобы призвать международное сообщество и Международный уголовный суд рассмотреть это дело с новой стороны и выдать четыре ордера, мы пытаемся решить проблему юридического вакуума, в котором находятся эти дети», – поясняет украинский правозащитник.
Кроме того, авторы доклада «Украденное детство» обратились в МУС с просьбой доквалифицировать уголовные дела против Владимира Путина и Марии Львовой-Беловой с тем, чтобы была учтена не только насильственная депортация украинских детей, но также их милитаризация и политическая индоктринация. «Здесь дело не только в нарушении прав человека и в искажении образовательных программ, что имеет место на оккупированных территориях Украины. Но если взять "Юнармию", то они поставили для себя амбициозную задачу до 2030 года формировать от десяти до пятнадцати процентов мобилизационного резерва России. Это – часть большущей системы милитаризации российского общества в целом, и в Республике Беларусь подобные процессы тоже происходят. И это говорит, в том числе, об истинных целях Российской Федерации в этой войне, и о том, что никто не собирается в ближайшее время останавливать военные действия», – уверен собеседник «Голоса Америки».
Юрий Юркевич также сообщил, что примерно каждому пятому ребенку из тех, кого удалось вернуть в Украину, был нанесен физический ущерб, а каждому второму была нанесена психологическая травма. «В принципе, это можно квалифицировать как ментальные пытки», – считает он.
И в конце своего комментария исполнительный директор "Freedom House Украина" подчеркивает: «Это исследование и подача заявки в Международный уголовный суд делались исходя из интересов Украины и украинских детей. Это не вопрос ответственности каких-то конкретных лиц, будь то российских или белорусских. Нам было важно восстановить справедливость именно в отношении детей. И наши рекомендации говорят о том, что должно произойти в самой Украине для того, чтобы найти этих детей, вернуть, реабилитировать. Именно это определило нашу правовую стратегию, когда мы уходим от узкой темы депортации и говорим о том, что происходит с украинскими детьми».
«Когда не хватает новой информации, украинская повестка уходит из поля зрения общественности»
Правовой аналитик правозащитного центра ZMINA Онисия Синюк рассказала, что при работе над докладом авторская группа использовала данные из открытых источников и инсайдерскую информацию. «В частности, конфиденциальной информацией с нами поделились представители организации BELPOL, в которой состоят бывшие сотрудники правоохранительных органов Беларуси. Эту информацию мы подтверждали через поиск дополнительных сведений в открытых источниках», – привела она пример в беседе с корреспондентом Русской службы «Голоса Америки».
В частности, авторы доклада использовали в поисковой системе такие ключевые слова, как, например, «украинские дети», но не находили ничего нужного для себя. Оказалось, что нужно вводить термин «дети из новых российских территорий», либо «российские дети в Беларуси». И в обоих случаях удавалось найти подтверждение фактов, изложенных независимыми информаторами.
Кроме того, осуществлялся постоянный мониторинг российских и белорусских СМИ, включая публикации в социальных сетях тех людей, которых авторы доклада подозревали в соучастии в похищении детей с временно оккупированных российских территорий. Также внимательно отслеживались посты родственников похищенных украинских детей.
В конфиденциальной части доклада «Украденное детство» есть имена некоторых украинских детей, насильно вывезенных из оккупированных украинских областей. Но из соображений безопасности эти имена не опубликованы.
Доклад Freedom House адресован, в первую очередь западным политикам и чиновникам, а также общественности демократических стран. Онисия Синюк уверена, что все, связанное с российской агрессией против Украины, необходимо держать в фокусе внимания западной аудитории. «Когда не хватает новой информации, украинская повестка уходит из поля зрения общественности наших стран-партнеров. Потому что нет свежих репортажей на новостных телеканалах и других средствах массовой информации.
Поэтому, когда мы представляли этот доклад, его принимали очень активно и заинтересованно именно потому, что мы дали новую информацию по данной теме. Потому что раньше люди знали по этой теме только то, что происходило сразу после начала полномасштабной агрессии в 2022 году, а мы говорили в развитие этой ситуации, то есть о том, что происходит с украинскими детьми сейчас, в 2024 году. Именно новой информацией нужно поддерживать интерес к данной теме, потому что у каждого человека своя жизнь, свои проблемы и интересы, и они не могут удерживать внимание на какой-то теме без постоянного узнавания новых фактов» – подытоживает правовой аналитик правозащитного центра ZMINA.
«Украинских детей преследуют по национальному и географическому признаку»
Эксперт по юридическим вопросам Регионального центра прав человека Катерина Рашевская напоминает, что ранее доклады по этой теме предоставили Школа общественного здравоохранения Йельского университета и команда Павла Латушко.
«В них речь шла о принудительном перемещении или о депортации украинских детей на территорию Беларуси. Мы об этом не говорим, потому что по соображениям морали не общались ни с самими детьми, ни с родителями или с законными представителями детей, которые были вывезены в Беларусь и затем возвращены на оккупированные территории. Это очень опасно – звонить им, что-то уточнять, а без этого невозможно сделать заключение, что это действительно была депортация», – пояснила она в беседе с корреспондентом Русской службы «Голоса Америки».
Авторы доклада решили сосредоточиться на том, что происходило с депортированными украинскими детьми на территории Беларуси. А именно – процессы «перевоспитания» детей, их индоктринация и попытки сделать из них «российских патриотов», которые потом будут готовы воевать за интересы Кремля.
«Также мы проанализировали милитаризацию украинских детей на территории Республики Беларусь и очень быстро поняли: происходящее там, а именно – негативное влияние на физическое и психическое состояние украинских детей, – позволяет нам сделать вывод, что это преступление против человечности», – продолжает Катерина Рашевская.
И все соответствующие действия, по мнению авторов доклада «Украденное детство», могут быть квалифицированы в соответствие с Римским статутом Международного уголовного суда как «дискриминационное преследование».
«Украинских детей преследуют по национальному и географическому признаку, а также потому что они принадлежат к наиболее уязвимой перед врагом группе. Это могут быть сироты или дети, лишенные опеки. Есть случаи, когда семьи, перемещенные, например, из Мариуполя в Донецк, оказывались полностью зависимы от оккупационной администрации, и родители вынуждены были соглашаться на перемещение своих детей в лагеря на территории Беларуси или Российской Федерации», – поясняет эксперт.
На этом основании авторы доклада настаивают на необходимости выдачи Международным уголовным судом ордеров на арест Александра Лукашенко, Михаила Мишустина, Дмитрия Мезенцева и Алексея Талая.
Также были доказаны несколько случаев насильственного перемещения украинских детей-сирот на территорию РФ и РБ. «И здесь есть юридические особенности, потому что Беларусь как государство должна была получить разрешение Украины как государства, потому что эти дети – украинцы, и ответственность за них несет Украина и ее компетентные органы власти. И если с Россией у нас больше нет дипломатических отношений, то с Беларусью они остаются, поэтому у Беларуси были возможности попросить у Украины соответствующее разрешение, договориться об условиях вывоза и о программе пребывания этих детей, но Беларусь этого не сделала. Потому что для Беларуси эти дети – российские граждане, так же, как и для самой Российской Федерации. И это очень важный момент, потому что лишает ребенка права на идентичность», – констатирует собеседница «Голоса Америки».
И подчеркивает, что широкомасштабность и динамичность этих преступлений в отношении украинских детей дают основание для того, чтобы Международный уголовный суд начал расследование по всем доказанным эпизодам, потому что ни Россия, ни Беларусь не собираются останавливать свою преступную политику. «Поэтому простых заявлений здесь недостаточно», – подытоживает Катерина Рашевская.
