Состояние оборонной промышленности России после двух лет войны и санкций

В вашингтонском аналитическом Центре стратегических и международных исследований (CSIS) эксперты отдела Европы, России и Евразии не так давно презентовали два отчета, в которых они с одной стороны проанализировали устойчивость оборонно-промышленной системы России, а с другой – высказали рекомендации по развитию ВПК Украины и поддерживающим ее странам, среди которых ключевую роль играют США.
Первый отчет назывался «Отсутствует в наличие».
Второй – «Имеется в наличии. Состояние оборонной промышленности России после двух лет войны » (Back in Stock? The State of Russia's Defense Industry after Two Years of the War), и в нем уже подводился итог тем усилиям, которые предпринял Кремль, стараясь нарастить свое оборонно-промышленное производство с начала полномасштабного вторжения и по настоящее время.
Авторы доклада поделились с аудиторией наблюдениями, которые сформировались у них в ходе работы над этими документами.
Мария Снеговая, старший научный сотрудник отдела Европы, России и Евразии Центра стратегических и международных исследований (Maria Snegovaya, Senior Fellow, Europe, Russia, and Eurasia, Center for Strategic and International Studies), призналась, что «возник отрезвляющий вывод, что в общих чертах адаптация России к этой войне проходит успешнее, чем ожидалось».
В чем причины того, что Россия смогла восстановить производство оружия?
«Прежде всего, Россия продолжает полагаться на огромные советские запасы оружия, и проблема в том, что никто на самом деле не знает, сколько у нее их», – пояснила Снеговая.
Она рассказала, что «несмотря на использования старой техники, россияне модернизируют ее, добавляя современные компоненты».
Так, по ее словам, происходит, например, с танками и другой бронетехникой.
Кроме того, по данным исследователя, «экономика России растет, и в прошлом году рост составил 3,6%. По прогнозам МВФ, в этом году она продолжит расти на уровне 3,2%, и это отчасти результат способности России постоянно накапливать огромные доходы от экспорта углеводородов, которую она реинвестирует в экономику».
«Есть более влиятельный фактор – возможности, которые дает глобализм, когда разные страны могут быть успешно использованы. Одни как поставщики, другие – как посредники. Россия действительно произвела замещение среди импортеров, ключевую роль среди которых теперь играет Китай», – подчеркнула Снеговая.
«Из Китая в Россию поставляется широкий перечень наименований: от станков с ЧПУ до полупроводников. При этом, Китай очень осторожен. Однако есть Северная Корея и Иран, и как показали недавние новости, вероятно, они станут еще более важным факторами. Эти страны напрямую нарушают санкции. Им нечего терять», – добавила она.
Также, эксперт считает, что «в самой России произошел сдвиг в самом подходе к оборонному производству».
«Мы видим, что Россия активно делает ставку на компоненты двойного назначения. И это приводит к использованию более дешевых видов комплектующих, вооружения», – объяснила Снеговая
Сэмюэл Бендетт, cоветник по исследованиям России Центра военно-морского анализа (Samuel Bendett, Advisor, Russia Studies, Center for Naval Analyses), добавил, что помимо запасов оружия времён Холодной войны, которые можно модернизировать и использовать в полевых условиях, оказалось, что Россия способна выдерживать огромные потери.
«Начиная с прошлого года ВС РФ перешли от использования частных военных компаний и большого количества заключенных, к использованию большого количества подрядчиков и рядового военного персонала. И несмотря на то, что Россия экстенсивно тратит жизни военнослужащих – боеспособность ВС РФ остается на прежнем уровне», – констатировал Бендетт.
Какую тактику выбрал ВПК России по мере продолжения войны в Украине?
Дара Массикот, старший научный сотрудник программы России и Евразии Фонда Карнеги за международный мир (Dara Massicot, Senior fellow, Russia and Eurasia Program, Carnegie Endowment for International Peace), объяснила, что Россия теперь не тратит деньги и средства на силовое преобразование множества гражданских заводов в оборонные предприятия.
«Они не полностью переводят экономику в условия военного времени, – пояснила она. – И пока это происходит довольно спокойно. Мы будем внимательно следить за тем, что они решат делать со следующей 10-летней государственной программой вооружений, которую они обещают представить в начале следующего года».
Сэмюэл Бендетт считает, что российскую оборонную отрасль и российское правительство в целом сегодня возглавляют относительно компетентные бюрократы.
«Мы должны учитывать это, когда говорим о российском оборонном секторе и его эффективности в войне, потому что множество этих компетентных бюрократов стоят не только за показателями экономики России. Они опосредованно влияют на военные действия – в части принятия решений о приобретении и разработки вооружений. В России теперь новый министр обороны: он выходец из гражданского общества. Он не служил. От него – Белоусова – Кремль ожидает инновации в Минобороне и возможного сотрудничества с гражданскими организациями, особенно когда речь идет о современных видах вооружений, таких как БПЛА», – напомнил аналитик.
При этом Бендетт скептически относится к прогнозам результатов изменений в системе МО РФ.
«В стране сплошная коррупция, – заявил он, – С одной стороны, есть компетентные люди, которые занимают руководящие посты. С другой стороны, они – часть массивной коррумпированной бюрократической машины».
Что является самой опасной стороной устойчивости оборонной-промышленной системы России?
Сэмюэл Бендетт считает, что стремление адаптировать изделия и комплектующие, произведенные другими странами, представляет собой наиболее сереьзную угрозу качеству продукции российского ВПК».
По данным эксперта, Россия пытается копировать эти технологии и намерена наладить выпуск собственных аналогов, однако целый ряд вооружений, в особенности БПЛА, до сих пор собираются из китайских компонентов.
Дара Массикот отметила так называемые «планирующие бомбы российского производства».
«Они становятся все более дальнобойными, – сказала Массикот. – С течением времени они станут огромной проблемой для украинских сил. Это по сути “тупые” бомбы, которые могут “скользить к своей цели” довольно точно. Самолеты снаряжаются этими бомбами на аэродромах, которые находятся очень далеко от линии фронта, а у украинцев нет полномочий использовать то оружие, которое у них есть для нападения на эти российские аэродромы за исключением нескольких в Крыму».
По данным Марии Снеговой, не может не тревожить статистика результативности российских ударов по энергетической инфраструктуре Украине.
«Российские силы уничтожили около 80% производства тепловой энергии и треть производства гидроэнергии Украины», – отметила исследователь.
Является ли война в Украине главным приоритетом для России?
Мария Снеговая считает, что«все внешние признаки говорят именно об этом.
«Документ, который подписали главы Северной Кореи и России – это попытка создать противовес западной поддержке Украины, – заявила она, добавив, что при этом «неясно, доволен ли Китай этим расширением сотрудничества»
Как Украине развивать свою обороноспособность, учитывая устойчивость российской?
Дара Массикот убеждена, что украинцы преуспевают в инновациях и адаптации вооружения на уровне личного состава ВСУ.
Однако, по ее мнению, может возникнуть проблема с возможностями центрального командования, для чего следует развивать наземные сети.
«Очень хорошо, что украинская система гораздо более восприимчива к ииновациям. Например, в ВСУ существует признание того, что существуют эффективные низовые решения, разработки, исследования и обмен информацией между подразделениями. Однако Украине досталась в наследство советская система оборонно-промышленной базы и некоторые правила, которые являются громоздкими, отнимают много времени, совершенно неэффективны и представляют собой очень большую бюрократическую волокиту», – отметила Массикот.
Сэмюэл Бендетт считает, что необходимо развивать успех в части
возможностей по нанесению ударов по российским энергетическим и нефтяным объектам и связанным с ними объектам энергетической инфраструктуры.
«В настоящее время у украинцев уже существует несколько десятков типов конструкций беспилотных летательных аппаратов большой дальности, которые могут наносить удары на расстояние до 1500 километров внутри России. Есть также морские беспилотники, которые также весьма успешно уничтожают российский флот», – добавил в заключении он.