"Прогрессивное" правительство "новых лиц" в Украине, невзирая на суетливые кадровые трансформации и неизменно бравурные декларации каждого очередного назначенца, по прошествии более года полномочий президента Зеленского, так и не может похвастаться наличием внятных стратегии и тактики развития.
Не существует даже формальной, скроенной хотя бы во всё том же – декларативном формате, программы действий. Страна живет хаотично, инерционно преодолевая временные вехи и уже давно безразлично не принимая во внимание голословные предвыборные обещания гаранта и текущие несуразные высказывания главы государства и членов его команды об иллюзорной государственной экономической политике. При этом во главе Кабинета министров мы так и не наблюдаем "одного из ведущих экономистов мира", а сам Президент в различных интервью глубокомысленно размышляет об очевидной "недостаточности" 5-летнего срока для реализации "глубоких" реформ.
Так где же те самые реформы и на каких основаниях "художественное воображение" новой "творческой" власти, в принципе, допускает возможность реформирования страны без реализации самих реформ как таковых? Сейчас речь идёт даже не о лукавой борьбе "слуг народа" с коррупцией и кумовством, имеющей, как очевидно для всех, обратно пропорциональный эффект, и не о формально принятых под давлением внешних кредиторов законах. Где искреннее преобразование страны во имя "торжества справедливости" и "светлого будущего детей"? Почему за год не предпринято ничего? Абсолютно – ничего. Неужели, для того, чтобы повторить прогрессивный опыт развития успешных стран, необходимо пять лет разбегаться, чтобы в последующие пять лет, предположительно, осчастливить общество благоденствием?
Связан ли срок полномочий главы государства с темпами развития страны и сколько времени реально требуется для проведения реформ – давайте попробуем разобраться.
Читайте также: На прошлогодних парламентских выборах победил политический феномен Зеленского, а не партия "Слуга народа" – Фесенко
Удивительная вещь – срок властных полномочий. Причем, загадочная глубина характерна для этого явления независимо от состояния и мировоззрения общества, в системе отношений которого реализуются должностные функции. И в объективно отсталых, и в развивающихся, и в цивилизованных демократических странах, государственные посты неизменно притягательны для честолюбивых персон. Поэтому, добравшись до изрядных высот в политической иерархии, мало какой чиновник готов добровольно расстаться с приобретенным "величием".
В развитых странах, подобная пристрастность чаще связана отнюдь не с коррупционной мотивацией и доступностью получения от жизни гораздо больше заслуженного, а с возможностью пребывать в эпицентре общественного внимания, вершить судьбами масс. Не стоит сбрасывать со счетов и альтруизм, идейность – в условиях примата демократических ценностей такие политические мотивы не так уж и редки. Впрочем, в инфантильных обществах с неустойчивым мировоззрением, меркантильный стимул пребывания "наверху", по-прежнему, доминирует при созревании у "общественных деятелей" аппетита к власти. И именно поэтому в успешных странах формирование властных институтов основано на принципах компетентности, целесообразности и ответственности, а в иных государствах главенствует клановый подход, часто безразличный к уровню знаний, опыта и чистоплотности претендентов на высокие должности.
Притягательность власти находит выражение не только в глубине "срастания" личности чиновника с неординарным статусом и его широкими возможностями, но и в длительности такого симбиоза. Однако сроки любых властных полномочий юридически ограничены. Время "на гребне славы" всегда течет иррационально быстро, не позволяя многим функционерам в полной мере насладиться властью и реализовать амбиции. В связи с этим и возникают все эти претензии правителей на "обнуление" или "продление" своих каденций на "политическом Олимпе".
За примерами далеко ходить не нужно. Только что мы все стали свидетелями довольно корявой реализации фарса с "обнулением" президентского срока в авторитарной России. Категорически не хочет расставаться с властью и бессменный президент Беларуси. И вот – даже "внесистемный" президент Украины, едва перешагнув годичный рубеж действия своего мандата и вопреки былым декларациям, уже заговорил о вероятной "недостаточности одного срока".
Но связана ли длительность правления главы государства с его плодотворностью? Эффективность социальных процессов выражается в их результативности – повышении уровня жизни, росте степени удовлетворения потребностей населения. Масштаб эффективности заключается в значительном преобладании прогрессивных итогов над социальными издержками. Все иные мерила успешности – от лукавого. Причем здесь сроки президентских каденций? Они – не что иное, как один из значимых, исчерпаемых и исторически невосполнимых ресурсов общества, расходуемых во имя достижения коллективного развития. И тут, в соответствии с непреложным законом убывающей предельной полезности, всё просто: чем меньше результативной отдачи от затрат ресурса или чем дольше срок, необходимый для получения необходимого эффекта, тем меньше полезность такой траты, и тем выше целесообразность альтернативного способа применения этого же ресурса.
Читайте также: "Слуга народа" будет выдвигать "Юзика" в мэры Кривого Рога?
Одним словом, в благоразумных обществах неэффективные главы государств, неспособные обеспечить стабильность и процветание социума, подлежат безусловной смене на более подходящих лидеров. В условиях же незрелой социальной ментальности населения, прохиндеям во власти, с помощью пропагандистских уловок и политических манипуляций, часто удается внушить чрезмерно политизированным гражданам извращенные доктрины. И бездарные ловкачи десятилетиями управляют чахнущими от лицемерия и коррупции странами…
Владимир Путин почти 21 год руководит Россией, и после пресловутого "обнуления" планирует править еще долго. За минувшее время РФ не только не избавилась от "сырьевой зависимости", не провела модернизацию экономики, но и пребывает в глубоком кризисе из-за внешнеполитической агрессивности и падения мирового спроса на органические энергоносители. По стопам "старшего русского брата" пытается шествовать не желающий уходить со своего поста белорусский президент, так и не позволивший своей стране приобрести экономическую и политическую независимость от России.
С 1991 года и до своей кончины в 2016 году, в обход конституционных ограничений, возглавлял Узбекистан Ислам Каримов. С 2003 года и по сей день президентом Азербайджана является Ильхам Алиев. С 1994 года президент Таджикистана – Эмомали Рахмон. Вплоть до прошлого года 29 лет президентствовал в Казахстане "Лидер нации" Нурсултан Назарбаев.
Продление полномочий президентов, несмотря на нормативные ограничения, – обыкновение и для стран Африки. В Экваториальной Гвинее президент Теодоро Мбасого правит 41 год. В Чаде – Идрис Деби – 30 лет. В Камеруне – Поль Бийя – 45 лет. В Уганде – Йовери Мусевени – 34 года. В Республике Конго – Дени Сассу-Нгессо – 36 лет. 38 лет президентом Анголы был Жозе Эдуарду душ Сантуш. 27 лет являлся президентом Буркина-Фасо Блез Компаоре. В Зимбабве 37 лет главенствовал Роберту Мугабе. 15 лет президентом Бурунди был Пьер Нкурунзизу. В Египте в прошлом году "обнулили" срок полномочий президента Абделя Фаттаха ас-Сиси.
В несколько меньших масштабах нечто подобное характерно и для ряда латиноамериканских стран. 13 лет, вплоть до своей смерти в 2013 году, правил Венесуэлой одиозный Уго Чавес. Президент Боливии Эво Моралес, после двух президентских сроков, в 2019 году "обнулил" свои полномочия, но бежал от народного гнева. Несколько раньше – в 2004 году аналогичная судьба постигла президента Перу Альберто Фухимори.
Есть "исключительные" примеры, достойные отдельного упоминания. В 2018 году в Китае отменен лимит в два срока для председателя КНР Си Цзиньпина. Единственным президентом США, избранным более, чем на два срока, был Франклин Рузвельт. А история легендарных реформ премьер-министра Республики Сингапур Ли Куан Ю исчисляется 30-летним периодом.
Однако "президентское долголетие" не является залогом процветания наций. Наоборот, в странах с тенденциями узурпации власти (без учета фактора церемониальных функций "трона" в конституционных монархиях), на фоне ущемления демократических свобод и рыночных механизмов функционирования экономики, благосостояние населения является весьма низким.
Читайте также: Опитування: 59% українців не задоволені діяльністю президента
Согласно "индексу процветания" лондонского "Legatum Institute", рейтинг самых прогрессирующих стран возглавляют: Новая Зеландия, Нидерланды, Швеция, Швейцария, Германия, Дания, Норвегия, Сингапур, Люксембург, Великобритания. Австрия, Финляндия, Канада, США, Австралия, Бельгия, Франция, Исландия, Япония. Все они – демократические государства с высоким уровнем развития экономической инфраструктуры, диверсификации и технологической насыщенности бизнеса, политической ответственности власти.
В тридцатке стран-лидеров по показателям номинального ВВП – множество небольших стран, достаток которых формируется на основе дальновидной политики распределения ресурсов, развития сферы услуг и технологий. А индикатор ВВП на душу населения лишь подтверждает их преобладание в "элитарном клубе" наиболее благополучных держав. Кроме того, маленькие страны – экономические лидеры, в сравнении с территориальными гигантами – и процветающими, и тем более – экономически малоразвитыми, как правило, имеют планомерные – восходящие, а не скачкообразные графики темпов роста и размеров номинального ВВП, и размеров ВВП по паритету покупательной способности, а также гораздо более низкие значения государственного долга.
И ни в одной из таких стран в новейшую историю не возникали казусы не только с ненормативным "обнулением" или "продлением" полномочий политических лидеров, но и с возможным легальным повторным избранием на должность очевидно неэффективных руководителей. Более того, именно развитые государства отличаются досрочным сбросом "исторического балласта": под давлением общественного мнения и политических оппонентов далекие от прогрессивного мышления популисты часто сами покидают свои посты или даже привлекаются к несовместимой с должностью юридической ответственности за различные злоупотребления.
Таким образом, рост процветания государств никак не может быть детерминирован увеличением сроков полномочий правителей. Наоборот, такая корреляция чаще всего имеет обратно пропорциональный характер, ибо политическая конкуренция и сменяемость власти в цивилизованных странах – это залог социального прогресса.
Для реализации эффективных структурных реформ, в соответствии с докладом Всемирного банка "Ведение бизнеса 2020", не требуется так уж много времени – от 3 месяцев до 1 года. Необходимы лишь социальная поддержка, профессионализм, искренность и политическая воля власти.
А возможное легальное продление сроков полномочий любого главы государства должно выступать позитивной оценкой со стороны населения его прогрессивных усилий в предыдущую каденцию, а не итоговым плацдармом для реализации ранее годами пассивно раздававшихся обещаний.
Так чего же не хватает действующей власти Украины для реализации своих же обещаний избирателям: честности, знаний, благоразумия, ресурсов? Или, все же, времени? Как свидетельствует политическая история, если уже в начале каденции новый, очевидно неэффективный президент начинает говорить о "недостаточности" конституционного периода своих полномочий, падкому на "сладкие посулы" обществу немудрено докатиться и до фарса с "обнулением". Тем более, кого-кого, а актеров, сценаристов и режиссеров на нашем "политическом Олимпе" – в избытке…
Підписуйся на сторінки UAINFO у Facebook, Twitter і YouTube
