Шарль Фрис: «наш главный приоритет – продолжать поддерживать Украину, чего бы это ни стоило»

Через два года после начала новой полномасштабной войны на европейском континенте перед лидерами Евросоюза снова остро встал вопрос о мерах по организации коллективной обороны против агрессора.
Центр международных и стратегических исследований (CSIS) продолжает дискуссии в рамках программы «Европа, Россия и Евразия». В очередной из них принял участие Шарль Фрис, заместитель генерального секретаря европейского внешнеполитического ведомства по вопросам мира, безопасности и обороны.
Темой беседы с высокопоставленным европейским чиновником стал Европейский Союз в нетипичной роли: в качестве оборонного субъекта, который является частью трансатлантического партнерства с США в области безопасности и обороны, что означает, что Европейскому Союзу и Соединенным Штатам придется вместе решать в 2024 году и в дальнейшем множество серьезных проблем, касающихся экономического обеспечения безопасности континента и развития военно-промышленного комплекса Европы.
Посол Шарль Фриc, заместитель генерального секретаря по вопросам мира, безопасности и обороны Европейской службы внешних связей (Ambassador Charles Fries, Deputy Secretary General for Peace, Security, and Defense, European External Action Service), в своем обращении к американской аудитории отметил, что «война в Украине стала поворотным моментом для Европейского Союза, потому, что он стал крупнейшим финансовым спонсором Украины».
Посол сообщил, что на данный момент ЕС «уже выделил 88 миллиардов евро, и выделяет 50 миллиардов евро в предстоящий период».
«На данный момент, ЕС принял 13 пакетов санкций, – напомнил чиновник, – нам удалось резко снизить нашу энергетическую зависимость от Кремля. Мы приняли более 4 миллионов украинских беженцев. Впервые в своей истории ЕС профинансировал поставку оружия через Европейский фонд мира в страну, находящуюся в состоянии войны. Фонд теперь возмещает расходы государств-членов, которые передают Украине военную технику. Это изменило правила игры. На данный момент военная помощь составила 28 миллиардов евро, и ожидается, что эта цифра увеличится в 2024 году на более чем 20 миллиардов евро. Параллельно ЕС запустил крупнейшую в своей истории военную миссию по обучению украинской армии. Этим летом ЕС обучит 60 000 солдат», – рассказал посол Фрис.
Дипломат сказал, что «два года назад ЕС принял новую стратегическую доктрину с 80 конкретными действиями, которые должен реализовать для укрепления безопасности».
По словам Фриса ЕС «две недели назад ЕС начал новую морскую операцию по обеспечению свободы судоходства и защиты прав торговцев в Красном море», где безопасность значительно ухудшилась после атак хуситов.
Кроме того, по данным чиновника, уже в прошлом году «Министерство обороны США и оборонное агентство Европейского Союза подписали долгожданное соглашение о сотрудничестве и провели совместные военно-морские учения в Индийском океане».
«ЕС принимает участие в Коалиции, которая создана в рамках Контактной группы по обороне Украины под руководством США», – подчеркнул карьерный дипломат.
Фрис говорил также и том, что ЕС и США предстоит вместе сделать.
«Поскольку 2024 год – это год ключевых выборов, на которых проголосуют 2 миллиарда человек в более чем 50 странах, или половина взрослого населения мира – их результаты могут изменить политические и стратегические перспективы на ближайшие годы», – напомнил посол.
«Заглядывая в будущее, я вижу три приоритета для ЕС. Наш главный приоритет – продолжать поддерживать Украину, сколько бы это ни потребовалось и чего бы это ни стоило. Это экзистенциальная угроза не только для Украины, но и для Европы. В дополнение к недавнему обещанию выделить 50 миллиардов евро, мы работаем над новой сделкой. У нас есть финансовый пакет – Фонд помощи Украине – для оказания военной поддержки Украине с первым траншем в 5 миллиардов евро. Я надеюсь, что соглашение будет заключено на следующем заседании Европейского совета в конце этого месяца. Мы также внимательно следим за тем, что происходит в Конгрессе, и надеемся, что США смогут сделать то же самое. Второй приоритет – нам нужно помочь нашей оборонной промышленности производить больше. Другого решения не существует. Это становится ясным, если посмотреть на масштабы оборонных потребностей Украины и для наших государств-членов, которым необходимо пополнить свои запасы и приобрести новое оборудование. Оборонные бюджеты в странах ЕС на этот год запланированы на 40% выше, чем десять лет назад. Короче говоря, мы хотим быть готовыми к обороне Европы», – заявил Шарль Фрис.
Он убежден, что аналогично аргументам президента Байдена о том, что «дополнительная поддержка Украины также пойдет на пользу американским оборонным компаниям» – «деньги европейских налогоплательщиков не будут потрачены зря: они также должны помочь создать новые рабочие места в Европе».
Фрис использовал дискуссию для обращения к американским политикам. Он заявил:
«Я считаю, что важно устранить неправильные представления и возможные недопонимания между нами. Если мы хотим, чтобы европейские государства стали заслуживать большего доверия и увеличили оборонные бюджеты – и я думаю, что это именно то, о чем просят США европейцев – нам нужно производить больше оружия и техники в Европе. Именно это и будет положительно способствовать, как европейской, так и трансатлантической безопасности и, в конечном итоге, лучшему распределению бремени внутри НАТО».
Не будет ли деятельность ЕС в сфере обороны дублировать функции НАТО?
Шарль Фрис вспомнил, как еще в 90-х при администрации президента Билла Клинтона «сталкивался во время переговоров с подозрительностью со стороны определенных кругов внутри обеих американских партий в отношении оборонных инициатив ЕС».
«Я думаю, что восприятие ЕС в Вашингтоне изменилось, – заверил Фрис, – мы не хотим дублировать НАТО, которое остается краеугольным камнем евроатлантической безопасности, поскольку отвечает за коллективную оборону. НАТО проделало огромную работу после 24 февраля, чтобы укрепить оборону на восточном фланге. Но мы, как ЕС, можем предложить принять меры, которые дополнят то, что НАТО делает, и то, что НАТО не может сделать. Мы профинансируем доставку вооружений и техники, обучение солдат, и мы принимаем санкции, направленные на недопущение попадания технологий двойного назначения в Россию, и также мы боремся с дезинформацией».
Фрис рассказал о работе ЕС над «едиными стандартами в производстве вооружений» и стремлении к «совместимости оборудования и техники для армий союзников».
Не означает ли это, что ЕС наладит свою оборонную промышленность и вытеснит со своего рынка американских производителей оружия?
«Абсолютно нет», – заверил Шарль Фрис.
Посол обратил внимание на то, как с началом войны в Украине возросло производство оружия в «противоположном лагере» – в Иране, в Северной Корее, в Китае.
Посол отметил, что «эта растущая угроза сама по себе заставляет расширить производство оружия в Европе».
«В случае нападения Кремля, – подчеркнул он, – наши запасы боеприпасов не позволят нам сопротивляться длительное время. Поэтому наша стратегия заключается не в закрытии нашего рынка для американских компаний, а в укреплении общей военно-промышленной базы. Нам это необходимо, если мы хотим сохранить то, что мы называем европейским суверенитетом. США могут участвовать во многих оборонных инициативах ЕС. 15 дочерних компаний из США уже имели право на финансирование в ЕС и могут продолжать свой бизнес и впредь. И, наконец, с февраля 2022 года продолжает работать схема по закупкам военной продукции, когда большая часть вооружения стран-членов ЕС производится за границей, в том числе 63% – в США».
Посол добавил, что ЕС не может обязать государство-член союза приобретать вооружения в Европе, поскольку «оборонная политика является компетенцией самих правительств государств-членов».
«Однако мы попытаемся предложить “финансовый пряник”, – пояснил Фрис, – Когда мы приняли знаменитый план по боеприпасам для Украины и решили, что должны поставлять в Украину один миллион боеприпасов в год, мы сказали странам-членам: вам нужно закупать боеприпасы калибра 155 мм, но если вы возьметесь их производить и отдадите боеприпасы Украине, то вам частично возместят расходы. При этом, если вы не хотите этого делать, вы можете поступать, как вам удобно. Но мы стараемся воодушевить вас на совместную работу».
Фрис объяснил, что «совместная работа» и подразумевает «установление общих стандартов, логистических путей и цен».
При этом посол привел пример, как «бывший министр обороны Украины Резников, получив множество разной техники», сказал, что «его страна превратилась в военный зоопарк, потому что у него было так много разных типов танков, ракет, боеприпасов, что стало для него логистическим кошмаром при отправке на фронт».
Посол напомнил про такой факт, что в США «есть один тип боевого танка, когда в Европе их 17».
«Мы не можем и не должны продолжать в том же духе», – заявил он.
«И мы достигнем цели, – добавил дипломат, – Эти методы позволят нам обеспечить Украине 1 миллион 150 тысяч снарядов, а к концу следующего года их будет 2 миллиона, но для этого нужны новые производственные мощности»
Как ЕС собирается балансировать между долгосрочными оборонными и промышленными потребностями Европейского Союза и инвестициями в технологии будущего?
Шарль Фрис рассказал, что политика Европейского инвестиционного банка заключается в финансировании только оборудования двойного назначения, и поэтому, с одной стороны, «невозможно напрямую финансировать только оборонное оборудование», а с другой стороны, «те деньги и кредиты, полученные под помощь Украины, помогают стимулировать и оборонную промышленность и новые технологические проекты».
Кроме того, Фрис объяснил, что «страны ЕС могут использовать прибыль, полученную от реализации новой техники и боеприпасов для Украины на новые инновационные проекты».
«Есть, например, очень эффективные системы, используемые в производстве дронов. Итак, чем больше мы сможем получить на это прямой финансовой поддержки, тем больше мы можем произвести их как для собственной защиты, так и получить возможность развивать эти инновационные системы. Кроме того, мы совместно начали финансирование оборонной промышленности Украины. У них есть потенциал и возможности производить оружие, но им не хватает денег. Все это должно быть обсуждено, я надеюсь, в ближайшие недели на уровне США-ЕС”, – заявил в заключении высокопоставленный европейский дипломат.